0
141

Мой Окуджава. Три возраста

10 ноября 2007


Вы застали это время, когда все выступали на стадионах? Я не помню точно, какой это был год 1987 или 1989, но помню, что был вечер позднего лета, когда прохлада не наступала слишком быстро, но темнело рано. В город приехал Окуджава с сотоварищами и был концерт на стадионе за ДК Энергетиком. Помню, как мы все подпевали. Конечно, прозвучала /Поднявший меч на наш союз/. Из известных был еще традиционно унылый Митяев и, кажется, Кукин. /Виноградная косточка/ Поэт был в кожаном пиджаке, какой-то весь строгий, подтянутый, в белой рубашке в мелкий черный не то горошек, не то цветочек. Через полгода на какой-то телевизионной передаче я увидел его в том же самом пиджаке и той же самой рубашке. Мне, отчего-то стало приятно. Как человек своей эпохи Булат не спешил расставаться с вещами и мне вспомнился /Старый пиджак/.

/Я много лет пиджак ношу
Давно потерся и не новый
Я зову к себе портного и перешить пиджак прошу../

После концерта меня пригласили в ДК Энергетик на театральную тусовку со знаменитыми гостями. Мы расположились в уютном зальчике молодежной студии Грэй. Выступающие сидели на сцене, а мы в зале. Разговор поначалу не получался. Еще бы – перед нами сидел живой Бог – Окуджава. Все сердца сидящих были обращены в его сторону. Булат Шалвович держался скромно, а вот сотоварищи заметно ревновали. Сам я тоже ужасно разволновался. Но встать, что-то спросить. Да что, что я мог спросить? Сказать – спасибо Вам за все. Но так, наверное, хотел сказать каждый. Потом, встала Инна Лимонова (довольно известная в 80-е годы в Челнах поэтесса и просто красивая женщина) и спросила – А что для Вас чудо? Поэт смутился. А Инна добавила – а вот для меня чудо это Ваше Путешествие дилетантов. А потом кто-то спросил – А как Вы относитесь к дилетантам? Надо сказать, что тогда в 80-е, когда началось движение в застойной среде советской эпохи, отношение к дилетантам было двойственное. Одни ругали их за непрофессионализм и незнание, а другие защищали и гордились, считая, что они привносят свежую струю. Причем защитники явно чувствовали себя в большинстве. Но Булат тихо и спокойно отвечал, что - Профессионализм это хорошо, во всех областях. А дилетантом можно быть только в любви.

В Любви! Мы все потрясенные этой мыслью, родившейся так неожиданно, замолчали. И вот теперь, когда со встречи прошло почти 20 лет.. вспоминая эту паузу я останавливаюсь и думаю об удивительной простоте и мудрости этих слов.

Мы проговорили еще минут 30, гости устали и организаторы, поблагодарив, попросили всех разойтись. Я подошел вместе со всеми к нему так близко, что мог тронуть его за рукав и, переждав троих собеседников, спросил: - А, правда, что Вы жили рядом с поэтом Глазковым?, - вспоминая строчки:

Поэт Глазков напротив жил
Друг друга мы не знали совершенно
Но познавая белый свет, блаженно
Попеременно снег дожди и сушь
Разгулы будней и подъездов глушь
И мостовых дыханье, неизменно
Мы ощущали близость наших душ

- Да, хороший был человек, но умер.. печально и просто сказал Окуджава.

Я был не в силах более сказать, что-либо.. понимая, что и ему осталось недолго оставаться с нами на этой земле.

/Господи! Мой Боже! Зеленоглазый мой..
Пока земля еще вертится и это ей странно самой
Пока еще хватает времени и огня!
Дай же ты всем понемногу и не забудь про меня!/

Когда он покинул нас, а случилось это в середине 90-х.. не возможно было поверить, что с нами нет его. И в тишине, которая установилась внутри.. в этом новом миропонимании вновь зазвучали его песни. И я подумал, как мне повезло с эпохой. Песни, которые были оттеснены на второй план борьбой за выживание в перестроечные времена.

Настоящий Поэт мудр изначально. Истина для него не есть результат исканий. Истина для него уже предначертана. Путь понимания Истины существует для нас. Три возраста, три периода, в которых сердце открывается для мудрости Поэта:

В юности, когда ты понимаешь, что нет вечного братства, но еще жива светлая мечта о нем.
В молодости, когда ты понимаешь, что нет вечной любви, но жизнь без нее не имеет смысла.
И в зрелости, когда ты понимаешь, как сложна жизнь, и начинаешь ценить простые ценности.

/Не верю в Бога и в судьбу
Молюсь прекрасному и высшему
Предназначенью своему, на белый свет меня явившему/

Поэт не сдался времени, не подвергся коррозии суеты.. оставаясь острым и чистым лезвием как булатный клинок, отделяющий суетное от вечного. И нам бы оставаться такими.

Мы с тобой Булат. Мы твои духовные дети. Мы с тобой.
Мой Окуджава. Три возраста
Теги: Ван Мейк

Оставить отзыв

Для того, чтобы оставить отзыв, необходимо войти на сайт! Как это сделать? Проще простого: выбрать одну из ваших любимых социальных сетей и нажать соответствующую кнопку.

Войти через: